Если Вы нашли неточность в тексте или у Вас есть информация, косающаяся данного материала, то Вы можете сообщить нам об этом, используя эту форму.
Лев Николаевич Толстой и графы олсуфьевы 

Бывший секретарь Л.Н.Толстого Валентин Фёдорович Булгаков писал:

«Я часто думаю, что придёт время, когда будут изучаться все, даже малейшие подробности о жизни и личности Л.Н. Толстого. И может статься, что будущему читателю понадобятся сведения не только о самом Толстом, но и о лицах ближайшего его окружения, в частности, о его друзьях и знакомых, поскольку характеристика того или иного из них в какой-то мере может служить для углублённого понимания личности и деятельности Толстого и его эпохи».

С этим высказыванием Булгакова нельзя не согласиться, к тому же тема «Лев Толстой и Олсуфьевы» имеет краеведческий интерес, так как имение Олсуфьевых в Никольском-Горушках (Обольяново) находилось в Дмитровском уезде Московской губернии.

Известно, что в дневниках и письмах великого писателя фамилия Олсуфьевых встречается на протяжении почти 60 лет его жизни. Первая запись, относящаяся к Олсуфьевым  1857 год, последняя — август 1910 г. В основном тексте дневников и писем Толстого Олсуфьевы упомянуты более 200 раз. Л.Н. Толстой семь раз приезжал в Никольское-Горушки  и прожил здесь в общей сложности 110 дней.

Первыми же знакомыми писателя были Василий Александрович Олсуфьев (1831–1883г.), владелец дома в Москве, и его дядя, граф Василий Дмитриевич Олсуфьев 1796–1858), отец владельца имения в Никольском-Горушках — Адама Васильевича.

Василий Дмитриевич Олсуфьев (обер-гофмейстер Высочайшего Двора при Государыне императрице Марии Александровне. В 1856 г. получил графский титул. Кроме многочисленных имений в разных губерниях имел дома в Москве и Петербурге. Дом в Москве был продан при выделении дочерей. Василий Дмитриевич был в полном смысле слова барин старого закала, чисто русский человек и патриот... Ласковый со всеми, он был и в душе добрый человек, отличный семьянин и прекрасный начальник... Очень любила  и ценила его Государыня Цесаревна Мария Александровна. Василий Дмитриевич жил в своём доме на Фонтанке, а летом — в Царском Селе и Петергофе, сопровождая царскую семью. Имел трёх сыновей: Алексея, Адама, Александра и четырёх дочерей: Ольгу (замужем за директором Императорского Эрмитажа Александром Алексеевичем Васильчиковым), Дарью, Александру и Марию. Все они были фрейлинами.

Молодой Л.Н. Толстой познакомился с В.А. и В.Д. Олсуфьевыми во время своей зарубежной поездки в 1857 г. А близкая и длительная дружба завязалась с Олсуфьевыми через 25 лет.

К 1881 г. в семье Л.Н. Толстого было восемь детей. Старшему, Сергею, исполнилось 18 лет, и он поступил учиться в Московский университет. В подростковом  возрасте были сыновья Илья и Андрей (первому — 15, второму 12 лет). Их нужно было устраивать учиться в гимназию. А дочери Татьяне было 17 лет, и её следовало уже «вводить в свет». Чтобы осуществить дальнейшее образование и воспитание детей, Толстые решили переехать из Ясной Поляны в Москву.

Перед началом учебного года в 1881 г. семья переехала в Москву и поселилась в доме Волконских по Денежному переулку (позднее Мало-Левшинский пер. д. 3). Рядом была частная гимназия Л.И. Поливанова, где и начали учиться Илья и Лев.

В мае 1882 г. Л.Н. Толстой купил у И.А. Арнаутова дом, в который после ремонта и пристроек вселилась семья писателя. Дом находился в Долго-Хамовническом переулке (позднее улица Льва Толстого, д. 21). Усадьба с садом (более гектара) граничила с усадебным садом Олсуфьевых. В это время в соседнем доме проживала семья Василия Александровича Олсуфьева. Когда конкретно познакомился Лев Николаевич с соседями, установить трудно, вероятно, в сентябре 1882 г.

Сергей Львович (сын писателя) в своей книге «Очерки былого» писал: «До своей женитьбы отец был знаком чуть ли не со всем высшим светским обществом Москвы. Теперь же он избегал этих знакомых». Софья Андреевна, напротив, старалась восстановить старые связи и завести новых друзей.

Там же сын пишет: «Моя мама, наоборот, для того чтобы “выезжать в свет” и вывозить Таню, старалась возобновить эти знакомства».

Судя по письмам к мужу, она прежде всего установила близкую связь с семьей В.А.Олсуфьева, у которого к этому времени было 12 детей (женат он был третьим браком).

В письмах к мужу в 1882 г. Софья Андреевна часто упоминает семью Олсуфьевых, ибо семьи стали очень дружны.

Вот лишь несколько коротких выдержек: (февр. 1882) «Я осталась с мальчиками, пришли два Олсуфьева мальчика, пили степенно чай. В субботу у Олсуфьевых танцуют». Через несколько дней: «Сейчас вернулись от Оболенских, милый Лёвочка, усталые, и детям кажется было весело. Таня тоже танцевала и Таня Олсуфьева была и Лярские два, и Киллеры — пар 15-ть должно быть. Даже старый Олсуфьев приехал и всё говорил: “Мне очень весело”».

В заборе, разделявшем усадьбы Толстых и Олсуфьевых, в первые же годы переезда семьи писателя была сделана специальная калитка, и соседи (особенно дети) «запросто» пользовались ею, посещая друг друга.

Лев Николаевич тоже сдружился с соседями, 16 сентября 1882 г. он пишет жене: «Вчера, вернувшись с ходьбы, я застал двух графов Олсуфьевых. Их родители приехали. Они едут в Саратов. Нынче я до кофе был у них. Вчера вечером я зашёл к нашим Олсуфьевым с Серёжей. Я сыграл партию шахмат с Василием Александровичем и ушёл домой». Здесь впервые появляются Олсуфьевы — потомки графа Василия Дмитриевича Олсуфьева, с которым молодой Толстой встречался в 1857 г. в Баден-Бадене. Два «молодых графа» это сыновья Адама Васильевича и Анны Михайловны Олсуфьевых — Михаил (1860–1918) и Дмитрий (1862–1937). Вероятно, Лев Николаевич уже был знаком с молодыми Олсуфьевыми, т.к. Дмитрий учился на одном курсе с Сергеем Толстым на естественном отделении физико-математического факультета университета.

Приезжая в Москву, семья графа А.В. Олсуфьева останавливалась в доме его двоюродного брата Василия Александровича Олсуфьева, соседа Толстых.

Олсуфьевы — владельцы усадьбы в Никольском-Горушках (Обольяново).

Адам Васильевич Олсуфьев (18331901) — сын графа Василия Дмитриевича Олсуфьева (1796–1858) обер-гофмейстера, позднее гофмаршала Двора цесаревича Александра Николаевича. Адам Васильевич получил образование в Пажеском корпусе, служил флигель-адъютантом Александра II, позднее назначен Свиты генерал-майором. В 1882 г. вышел в отставку в чине генерал-лейтенанта. Жил в имении жены Анны Михайловны, урождённой Обольяниновой, в Никольском-Горушках близ Дмитрова. Адам Васильевич увлекался метеорологией. В выпусках журнала «Метеорологический вестник», имеющихся в литературном фонде Музея-заповедника «Дмитровский Кремль», можно встретить материалы графа А.В. Олсуфьева. К № 5 за 1893 год есть приложение «Климатология Николо-Горушкинской метеорологической станции, находящейся в Дмитровском уезде Московской губернии»/ СПБ.: Тип. Имперс. А.Н.,1893. — 36с./ За прогнозом погоды  на день первого полёта на воздушном шаре  к Адаму Васильевичу обращался Д.И. Менделеев, усадьба которого была расположена неподалёку, в деревне Боблово (ныне Клинского района).

ОтцомАнны Михайловны Олсуфьевой (1835–1899) был полковник в отставке Михаил Михайлович Обольянинов. Ему и досталось в 1842 г. Обольяновское имение от бездетного дяди Петра Хрисанфовича Обольянинова (1752–1842), который был известным и заслуженным человеком в «Павловское время» — генерал-прокурором Синода. Именно он купил имение в 1802 г., и, оставив службу, переехал в Никольское-Горушки из Петербурга. Им построены дом, парк, пруды. Село переименовал по своей фамилии в Обольяново.

Мать Анны Михайловны — княжна Елизавета Михайловна Горчакова. Возможно, по этой линии Лев Николаевич был дальним родственником А.М. Обольяниновой.

А.В. и А.М. Олсуфьевы вновь переименовали село в Никольское-Горушки.

Анна Михайловна много сил и времени отдавала благотворительности: заботилась о местной школе, открытой ещё в 1868 г., и больнице, работавшей с 1874 г. Анна Михайловна до конца дней обеспечивала больницу лекарствами и оборудованием. После смерти Анны Михайловны её переждали на содержание дмитровского земства.

В усадьбе Олсуфьевых часто устраивались музыкальные вечера, спектакли. Частыми гостями были артисты, художники, учёные. Бывали в Никольском художники Николай Ге, Пётр Нерадовский. Олсуфьевы, как и Л.Н.Толстой любили музыку. В дни пребывания писателя в Никольском дважды приглашали братьев Конюс, известных в ту пору музыкантов, пианиста и скрипача. Л.Н. Толстой в Никольском-Горушках  играл на рояле в четыре руки с Анной Михайловной, устраивал читки своих новых произведений.

Рояль фирмы «Лихтенталь», на котором, приезжая в Никольское, любил музицировать Лев Николаевич, сейчас находится в доме-музее писателя в Москве, в/Хамовниках.

Музыка для Толстого была не развлечением, а важным делом жизни. Его дневниковые записи разных лет изобилуют пометками о прослушанных  музыкальных произведениях. Иногда музыка давала писателю тему для очередного рассказа или повести. Так возникла повесть «Крейцерова соната», где замечательно описано исполнение этого Бетховеновского произведения. Лев Николаевич говорил о себе: «Люблю музыку больше всех других искусств». Многие композиторы, музыканты и певцы были гостями писателя: Шаляпин, Римский-Корсаков, Танеев, Рахманинов, Скрябин и др. П.И.Чайковский боготворил Льва Николаевича. Но и Толстой обожал его музыку. Писатель плакал, когда слушал andante 1-го квартета П.И.Чайковского.

Мы не можем теперь знать, кто из великих русских  музыкантов сидел за олсуфьевским роялем. Но доподлинно известно, что на нём играл великий Лев Толстой, и это сделало инструмент уникальной реликвией.

После революции 1917 года имение Никольское-Горушки пострадало от разорений и грабежей. Рояль реквизировала, или, как теперь говорят, приватизировала пожарная часть города Дмитрова. В те годы на разных торжествах играли духовые оркестры пожарных команд. Рояль сам по себе им не был нужен. Но на деньги, вырученные от его продажи, можно было купить инструменты для духового оркестра. В 1929 г. рояль был куплен молодым врачом из Дмитрова Верой Тимофеевной Евстифеевой. В годы Великой Отечественной войны её семья сохранила рояль. Долгие годы муж Веры Тимофеевны летними вечерами открывал окна и играл для соседей, ведь в то время не было телевидения, да и радио в виде чёрной тарелки на стене тоже было не в каждом доме. В 1972 г. Евстифеева передала рояль в Дом-музей Л.Н. Толстого в Москве. С трудом нашлись мастера, которые смогли отреставрировать инструмент, и он вновь звучит, напоминая слушателям об имении Никольское-Горушки, его хозяевах и гостях. А прежде всего о Льве Николаевиче Толстом.

Ещё с одной вещью, креслом-качалкой , в котором любил отдыхать Лев Николаевич, Вера Тимофеевна всё-таки решила не расставаться. До сих пор им пользуются её потомки ( В Дмитрове?)./ Смирнов В.Ф.Очерки и рассказы .- М.,2004.- С. 62-71.  Автор-    сын   В.Т.Евстифеевой /.

Из писем и дневниковых записей Толстого 1884 г. видно, что его семья была в близких отношениях с семьей Адама Васильевича Олсуфьева. Они бывали друг у друга в гостях.

В имение Олсуфьевых в Никольское-Горушки Л.Н. Толстой впервые приехал в декабре 1885 г. и пробыл там с 19 по 28 декабря. Позднее он вновь гостил у своих друзей с 3 по 15 января 1887г.

Первый приезд Толстого в Обольяново случился в тот период его жизни, когда он плохо себя чувствовал. В письме к В.Г. Черткову Толстой пишет: «Мне надо уединения, чтобы поправить свои расшатанные силы физически и нравственно». Поехать в Обольяново, видимо, предложили старшие дети Татьяна и Сергей, которые уже бывали там.

Из Обольянова Лев Николаевич писал Софье Андреевне: «Я здесь пилю и колю дрова — я чувствую себя совсем бодрым и сплю прекрасно». В эти дни Толстой писал рассказ «Смерть Ивана Ильича» и чтобы наблюдать за состоянием тяжело больного, ходил в местную больницу, где лежал мужик после операции.

В Обольяново бывали и другие члены семьи Толстых: сын Лев, племянница (дочь брата писателя Сергея Николаевича), супруга Софья Андреевна.

В одном из писем Толстого читаем: «Живём мы очень хорошо... Семейство одно дома, как всегда, все приятны и добродушны. Я нашёл много книг в библиотеке, из которых собираю то, что годится для издания. Книги особенно хороши нравоучительные, масонские».

Заинтересовал Л.Н. Толстого прочитанный им в Никольском роман английского писателя О. Гольдсмита «Векфильдский священник», который он хотел передать для публикации в издательство «Посредник».

Просмотр книг в обольяновской библиотеке натолкнул Толстого на мысль о написании трактата об искусстве, над которым он начал работать в одно из своих пребываний у Олсуфьевых.

В феврале 1896 г. он писал жене из Никольского: «Я вчера и нынче читал Корнеля и Расина, и очень интересное это чтение вызвало мысли». Тогда же в дневнике он набрасывает свои соображения об искусстве, которые затем были опубликованы в статье «Что такое искусство». В Никольском писатель нашёл хорошую подборку книг по искусству, истории литературы и другим интересовавшим его проблемам. К примеру, исследование Бенарда «Эстетика Аристотеля», труды Аристотеля и др. книги. В 1896 г. в Обольяново Лев Николаевич писал варианты пьесы «Власть тьмы» и устраивал читки для местной интеллигенции. Читал он Де-Морсе, Бьернсона и другие книги. В один из приездов к Олсуфьевым Толстой увлекся чтением печатавшихся в «Историческом вестнике» воспоминаний участника военных действий на Кавказе в 1847–1854г.г., генерал-майора В.А. Полторацкого. Эти воспоминания использованы писателем при работе над повестью «Хаджи Мурат».

В письмах к издателю В.Г. Черткову Толстой рекомендует напечатать в «Посреднике» произведения Руссо, Плутарха, Лессинга, Шиллера, Свифта, Сервантеса и других авторов, имевшихся в олсуфьевской библиотеке.

Новый 1895 год Лев Николаевич с дочерью Таней встретил в Никольском. А потом работал над рассказом «Хозяин и работник». В мае 1895 г. Толстой вновь приехали в Никольское с Таней после смерти своего младшего сына Вани. Он долго был угрюм, но потом взялся за работу над повестью, которая позже переросла в роман «Воскресение».

Живя в Никольском с 21 февраля по 9 марта  1896 г., Лев Николаевич работал над пьесой «И свет во тьме светит».

В конце 1880-х гг. между старшими детьми Толстых (Татьяной и Сергеем) и Олсуфьевых (Елизаветой и Михаилом) отношения были очень дружеские. Они часто проводили вместе время. У матерей даже были планы о женитьбе Татьяны Толстой и Михаила Олсуфьева. Но Михаил позднее так и остался старым холостяком. Видимо, его отношение к Татьяне Львовне дальше дружбы не развилось. Таня несколько лет была сильно увлечена Мишей Олсуфьевым. Об этом говорят её дневники:

«1886 г. 4 августа. Приехала недавно от Олсуфьевых, где мне было удивительно хорошо. Я прожила там три недели, вместо одной, и могла прожить ещё столько же, не скучая....»

«1887г. 24 декабря .2 часа ночи. Обольяново-Никольское.

…Мне надо, я должна отделаться от этого чувства, должна протрезвиться, но мне мешает этому главное то, что я минутами думаю, что, может быть, не нужно от него отделываться, может быть, оно даст мне счастье...»

«1888 г. 14 января. Москва.

«...Олсуфьевы не так родственны, но, пожалуй, теперь я их больше всех люблю... Я теперь ужасно под Никольским влиянием... у меня осталось только хорошее от них, т.е.  вера в образование, простота и гонение на глупый тон, который у нас так  часто бывает... Влюбление — это гадость, а любовь — это великое дело. И эти два слова так часто путают, и так часто говорят об этом тогда, когда надо молчать от страха, что словом оскорбишь это чувство, которое так чувствительно, что даже сама про себя не смеешь ни думать, ни писать, ни говорить. Люди с тактом понимают эту разницу... Лиза в этом удивительно тонка. Раз в Никольском ночью мне было очень нехорошо. Она стала меня допрашивать, я ей немного рассказала и хотела, чтобы она всё знала, но не могла договорить, и она, видя, что мне так нехорошо, больно, обидно, не стала допрашивать и только сказала: «Мне тебя очень жаль».

«1890 г.15 сентября. ...Третьего дня утром я получила очень хорошее письмо от Миши Олсуфьева, которое меня очень, очень обрадовало. Письмо такое милое и доброе, что просто чудо...»

«1891г. 6 февраля. ...Я стараюсь в эти дни опять поднять Мишу Олсуфьева в противовес / Стаховичу/, но ничего от этого не осталось. Последнее проявление было злое чувство к нему. В Москве не пошла к ним в дом. Лиза Оболенская тоже меня восстановила против них, говоря, что мальчики Олсуфьевы держатся так, как будто всякая девушка или мать захочет их сейчас же скрутить и петь над ними ”Исаия ликуй”. Вообще всё, что я о них слышала в Москве, не хорошо, и что хуже — всё справедливо. Я совсем не хочу всем этим сказать, чтобы они были плохие люди или чтобы я от них совсем отказалась, но тогда у меня была к ним досада, и этим кончилось у меня всякое чувство к Мише Олсуфьеву. Мне теперь кажется, что никогда его и не было, но это, верно, бывает, когда оно проходит. Неужели мне на 27-м году нельзя успокоиться и сказать, что любви конец?»

«1891г. 13 мая. Ясная. ...  Вчера только приехала из Москвы... Мишу Олсуфьева не видала и думаю о нём очень редко, но мне жалко и обидно, что произошло что-то между их семьей и мной. Они явно имеют что-то против меня, и как я не силюсь угадать, что это может быть, я ни до чего не могу додуматься. В Москве ходят какие-то сплетни о том, что графиня Олсуфьева не позволяет своему сыну жениться на мне, будто бы оттого, что она не хочет, чтобы счастье её сына было основано на несчастии его двоюродного брата /Всеволожского/. Но я этому не верю, а скорее думаю, что эти сплетни дошли до них и что они обвиняют меня в них.... В Москве я ещё раз убедилась в том, что мне больше не может быть весело, и мне представляется, что единственное место, где это было бы возможно, это в Никольском. И то — кто знает... Папа — единственное утешение и поддержка в моей жизни.... А Мишу Олсуфьева за то, что он не любит  меня, он называет "болваном” и удивляется, чего ещё ему надо ...»

«1891г. 22 мая. Сегодня долго и тоскливо думала об Олсуфьевых и опять спрашивала себя, за что они недовольны мной».

«1891г.7 ноября. ...Мама пишет, что говорят, что Миша Олсуфьев женится. На здоровье! Если на хорошей девушке, которая будет способна разбудить его, то я искренно порадуюсь. Я на это не была бы способна: я ожесточилась бы на него and would lead him a dog s lire / и создала бы ему собачью жизнь/ и себе тоже. Я рада, что я это узнала после нашего последнего свидания с ним, когда мне стало совершенно ясно, что между мною и им нет ничего общего, что он мне чужд и далёк, и у меня к нему было только чувство маленького озлобления , которое и это теперь совсем прошло…»

В 1895–1899 годах связь семей Л.Н.Толстого и А.В.Олсуфьева не только не ослабла, а усилилась. Лев Николаевич четыре раза приезжал к Олсуфьевым в Обольяново в 1895, 1896 и 1897 гг., где и пробыл в общей сложности 75 дней. В это время писатель работал над драмой «И свет во тьме светит», статьями «Изложение Веры» и «Обращение к итальянцам», «Письмо к американцу о непротивлении».

Как всегда, в усадьбе Олсуфьевых проводились музыкальные вечера, ставились спектакли, в которых участвовали как хозяева, так и гости. В дневнике за 1897 год 23 февраля записано: «Всё пропасть народа. Нет серьёзного разговора. Вчера была музыка — скучно. Нынче спектакль. Таня с Михаилом Адамовичем очень хорошо сыграли».

Лев Николаевич иногда приезжал к Олсуфьевым совершенно больным и подавленным, уезжал от них бодрым и здоровым. В письмах после нескольких дней пребывания в Никольском читаем: «Совершенно здоров. Нынче писал довольно хорошо. Вечером, после обеда была приятная прогулка при лунном свете... Завтра едем. Мы здесь целый месяц...”(2 марта 1897 г.) или «Я здоров совершенно. Хозяева как всегда милы до бесконечности».

В 1897 г. Л.Н. Толстой установил переписку с братом Адама Васильевича Олсуфьева Александром, карьера которого сложилась блестяще, и к 1896 г. он был генерал-адъютантом, заведующим придворной частью в Москве и управляющим Московским дворцовым управлением. Воспользовался Толстой своим старым знакомством с Александром Васильевичем Олсуфьевым, для защиты молокан от преследований за религиозные убеждения. Дошло до того, что у 16 родителей отобрали детей и поместили их в православные монастыри. Татьяна ездила в Петербург по делам издательства «Посредник». Когда уже хотела уезжать, Лев Николаевич попросил её остаться и помочь приехавшим  в Петербург самарским молоканам. Татьяна Львовна посоветовалась с Александром Васильевичем Олсуфьевым о том, к  кому ей лучше обратиться за помощью. Узнав, что в решении их вопроса теперь всё зависит от обер-прокурора Синода К.П. Победоносцева, Татьяна Львовна идет к нему на приём. В результате хлопот Л.Н. Толстого и его помощников в начале марта 1898 г. дети были возвращены родителям. А рассказ Татьяны о её посещении Победоносцева позднее был положен в основу описания Топорова и его беседы с Нехлюдовым в романе Толстого «Воскресенье». Кстати, Дмитрий и Михаил Олсуфьевы, находившиеся в Петербурге, тоже поощряли заботу Татьяны о простых людях.

Из дневника Т.Л. Толстой. «1898г.4 февраля. Видела Репина. Завтракала у него с Зосей Стахович и Мишей Олсуфьевым».

«1898г.7 февраля... Был тоже Миша Олсуфьев, скромный, благородный и милый человек, очень бедно одарённый, но так как его знаменатель, т.е. мнение о себе, очень мал, то все-таки выходит порядочная величина».

В 1900–1910 гг. связь с Олсуфьевыми практически прервалась, после перемен, произошедших в семьях. Внезапную смерть дочери Олсуфьевых Лизы в 1898  г. тяжело переживали все знакомые.

Из дневника Т.Л. Толстой: «1898 г. 27 февраля, 3 часа ночи.

Я выпустила собаку, постояла на дворе и вернулась, чтобы ложиться спать, как вдруг услыхала звонок в наружной двери. Прислуга вся спала, так что я со свечой вышла отпереть дверь. Оказалась телеграмма, состоящая из четырех слов: “Наша Лиза скончалась. Олсуфьевы”. Мы втроём сидели в спальне и не могли прийти в себя от ошеломившего нас известия. Чем, как она умерла? Дня четыре тому назад, когда папа был у Зубовых, где был А.В. Олсуфьев, приехала из Никольского Матильда и сказала, что Лиза немного простудилась... Каково же бедным Олсуфьевым! Завтра еду к ним».

«1898г. 8 марта. ...С тех пор, как в последний раз писала, была у Олсуфьевых. Приехали мы с Серёжей в 9 часов вечера в субботу. По дороге туда вспоминала все разы, что я бывала в Никольском, вспоминала, какое всегда было радостное чувство, подъезжая, и не могла представить себе Никольского без Лизы. Застали там много народу; в разных комнатах группы тихо разговаривающих и плачущих людей. Родители жалкие, старые, потерявшие с ней всю радость и веселье жизни. Я пошла к ней в спальню, долго смотрела на неё и с трудом узнавала. Глаза провалились и посинели, нос заострился, и на нём обрисовалась яснее горбинка. И лицо серьёзное почти суровое, чего никогда не бывало при жизни. Она умерла от скарлатины в пять дней. За день перед смертью почувствовала её приближение, простилась со всеми, велела всем кланяться, между прочим нам: Льву Николаевичу, Тане, Серёже и Софье Андреевне и особенно Льву Николаевичу. Велела заплатить за крестьян долг, который у них остался от лопнувшего их банка, говорила, что она провела очень счастливую жизнь, и благодарила всех за неё...41-й год ей шёл».

В семье  Толстых 14 ноября 1899 г. вышла замуж за М.Сухотина Татьяна, женился Сергей, вышла замуж Мария. Лев Николаевич теперь постоянно жил в Ясной Поляне. Но сыновья Олсуфьевых, особенно Дмитрий Адамович, поддерживали связь с Толстыми. Общался с ними и Лев Николаевич (тогда уже больше письмами).

Дмитрий Адамович к тому времени уже был «пожалован» в камергеры Высочайшего двора и стал  Членом Государственного Совета по выборам от Саратовского земства, как председатель Губернской управы. Он владел частью Ахматовского имения, домами в Петербурге и Москве. Был Гласным Дмитровского уездного земства и Почётным мировым судьей Камышинского и Дмитровского уездов.

В 1907 и 1910 гг. Л.Н. Толстой несколько раз обращался к Д.А. Олсуфьеву как к члену Государственного совета с просьбами содействовать освобождению Н.Н. Гусева и В.А. Молочникова.

/Олсуфьев Дмитрий Адамович, граф (2 окт.1862,Петербург-10 нояб.1937,Ницца,деп.Приморские Альпы, Франция) Член Государственного совета по выборам от Самарского земства. Бывший председатель земской управы. Член совета Союза русских дворян. Скончался на 76-м году жизни.-// Незабытые могилы.-Т.5-СПБ-М.,2004-С.224. /

Михаил Адамович был Председателем Дмитровской земской управы и предводителем дмитровского дворянства. Умер в 1918 г.

(Когда создавался Музей-усадьба Льва Толстого, некоторые вещи (стол) и картина (портрет Толстого, написанный Н.Н. Ге), были взяты из московского дома Олсуфьевых.

Тема связей Льва Николаевича Толстого с Дмитровским краем изучалась краеведами ещё в 1920-е гг. Сотрудник дмитровского музея Иван Александрович Смирнов разработал несколько направлений: «Предки Толстого — землевладельцы Дмитровского края» (Толстые и Волконские) и «Материалы к изучению “Войны и мира” Толстого по материалам музея Дмитровского края из имения Апраксиных “Ольгово”».

В последующие годы дмитровские краеведы разных поколений вновь возвращались к этой теме. Это работы И.М. Немкова, В.Е. Каплина, Р.Ф. Хохлова и др.

Дмитровский краевед Виктор Евдокимович Каплин, проделавший большую работу по изучению данной темы, в конце своей работы надеялся на то, что будет в Дмитровском музее экспозиция «Лев Николаевич Толстой в Дмитровском крае», а в сохранившемся доме Олсуфьевых в Обольяново (ныне Подъячево) будет создана «Толстовская комната». Пока ничего этого нет.

Дом, в котором гостил писатель, сохранился в неплохом состоянии: восстанавливается усадебная церковь, около которой сейчас находится несколько крестов с могил Олсуфьевых, парк, пруды. Большая часть библиотеки Олсуфьевых, которой пользовался Лев Николаевич, хранится в литературном фонде Музея-заповедника «Дмитровский Кремль». О создании комнаты Л.Н. Толстого в Олсуфьевском доме, пока мы можем, к великому сожалению, только мечтать, ибо теперь это частная  собственность. Но владеют ей не потомки Олсуфьевых.

 

БИБЛИОГРАФИЯ

1.Брокгауз Ф.А. и  Ефрон И.А. Энциклопедический словарь. — Т .42. — С. 551

2. Каплин В.Е. Лев Толстой, его семья и Олсуфьевы — 1978, — 98 с. —Машинопись.

3.Материалы к истории рода Олсуфьевых. — М.: Синод. тип., 1911

4. Поливанов А.М., Хохлов Р.Ф. Л.Н.Толстой у Олсуфьевых. Воспоминания Т.Н. Поливановой. // Записки отдела рукописей ГБЛ СССР им. В.И.Ленина. Вып.46. — М.: Кн.палата,1987— С.209 — 219.

5.Письма графа Л.Н.Толстого к  жене 1862-1910г./Под ред. А.Е.Грузинского — М., 1913.

6.Сухотина -Толстая Т.Л. Дневник. /Сост. и автор вступ.ст.Т.Н.Волкова-М.:Современник,1979.

7 .С.Л.Толстой  Очерки былого -Тула: Приокское кн.изд-во,1965.


Б И Б Л И О Г Р А Ф И Я 

1. Бутовецкий  Д.А.   Лев Толстой в Обольянове. - 16с. Машинопись.

 2.  Каплин  В.Е.   Лев Толстой, его семья и Олсуфьевы - Яхрома, 1978-98с. - Машинопись.

 3.  Каплин  В.Е.   Лев Толстой в селениях Дмитровского района. - Яхрома, 1965 - 1967. - 85с. - Машинопись.

 4.  Поливанов  А.М.,  Хохлов Р.Ф.   Л.Н.Толстой у Олсуфьевых. Воспоминания Т.Н.Поливановой  //Записки отдела рукописей Гос. биб-ки СССР им. В.И.Ленина. - Вып. 46. - М.: “Кн.палата”, 1987. - С.209-219.

 Нина Алексеевна Кудинова,
зав. Литературным фондом Музея-заповедника «Дмитровский кремль»

Яндекс.Метрика Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ.
При размещении информации с данного ресурса активная ссылка на него обязательна. Для детей старше 12 лет

Разработка сайта